ты меня куда привела?!
Человек рассуждает о том, почему "Денискины рассказы" - "чудовищная по качеству беллетристика" и на это не стоит тратить время (community.livejournal.com/chto_chitat/7333461.h...)
Изюм:
"Был когда-то Советский Союз, а в Союзе в этом были дети, а для детей – детская литература. Писали её не дети, но вполне взрослые люди, однако читали именно дети. Взрослые советские люди детскую литературу не читали и понятие о ней имели весьма смутное. Это было нечто светлое, нечто радостное по воспоминаниям, короче говоря – святое для каждого советского человека. Такое отношение создавало лазейку для писателей, не способных выжить во взрослой литературе: для слишком утончённых и, наоборот, для халтурщиков, неспособных мудрить даже на среднесоветском уровне. Дети неспособны отличить первых от вторых, так что бывали случаи, когда совершенно чудовищные по качеству беллетристы ходили гоголем."
Слова не мальчика, но мужа, не правда ли? Ах, как я люблю людей, которые считаю, что писать детские книжки легче легкого и удел неудачников от пера.
"Юмор рассказов всегда в том, что читатель чувствует себя умнее и опытнее Дениски и может снисходительно отнестись к его эскападам вроде выбрасывания манной каши в окно."
Я уж боюсь, что читатель (а вдруг?!) начнет себя сравнивать с Таней, которая громко плачет. И поймет таки, неразумный, что мячики в речке не тонут. Как и еще одна небезызвестная субстанция. К Драгунскому и Дениске не имеющая никакого отношения.
"Иногда Драгунский разбавляет свои рассказы лирикой (вернее, сантиментами), но они при этом оказываются предельно двусмысленными. Например, постоянно навязываемый детскому читателю рассказ «Он живой и светится» рассказывает, как грустно ждущий маму Дениска обменивает новенькую и дорогую (дефицитную) игрушку-самосвал на спичечный коробок с живым светлячком и весь вечер любуется зелёной звёздочкой. Это очень трогательно, но факт, что несчастный жучок сдохнет в коробке, когда Дениска пойдёт спать, остаётся за рамками рассказа."
Нет, Дениска должен был развести колонию жуков-светляков,которые потом бы напали на город и поработили человечество. Вполне в духе современной литературы.
Единственная его удача в опыте лирического рассказа – новелла «Девочка на шаре» о том, как Дениска влюбился в маленькую акробатку, увиденную на представлении цирка. Я бы даже сказал, что это вообще единственный рассказ из цикла детских произведений Виктора Драгунского, заслуживающий имени «литература».
Ну хоть что-то.
Бедный язык, обусловленный тем, что словарный запас мальчика Дениски невелик и мысли его коротенькие, корявое комикование и сомнительная мораль, а ещё более серьёзный недостаток этих рассказов заключён в том, что они присходят во времени вообще, без каких бы то ни было примет эпохи. Когда, в каком году Дениска занял «третье место в стиле баттерфляй» или попытался стать «сатириком»? 50-е годы или 60-е или 70-е? Писалось это, скорее всего, во времена Хрущова, но спокойно, без малейших содроганий, экранизировалось в 70-е и 80-е, настолько дистиллированным оказалось содержание рассказов.
Рассказ "Удивительный день"
... Я им сказал:
— Ведь это же не футбол! Вы еще нашу ракету «Пахтакор» назовите! Надо назвать «Восток-2»! Потому что у Гагарина просто «Восток» называется корабль, а у нас будет «Восток-2»!.. На, Мишка, краску, пиши!
Он сейчас же взял кисточку и принялся малевать, сопя носом. Он даже высунул язык. Мы стали глядеть на него, но он сказал:
— Не мешайте! Не глядите под руку!..
... И тут Алексей Акимыч поставил меня наземь и говорит:
— А в том дело, что сегодня второго космонавта запустили! Товарища Германа Титова! Ну, что, не ура, что ли?
Тут я как закричу:
— Конечно, ура! Еще какое ура-то!
Т.е. время действия в рассказах можно определить даже до дня и часа. Но наш доблестный товарищ, видимо, читал краткий пересказ.
В итоге, все это весьма печально. Интересно, что собирается читать (или уже читает) критик Дениски своим детям? "Как стать богатым и знаменитым за три сеанса"?
Изюм:
"Был когда-то Советский Союз, а в Союзе в этом были дети, а для детей – детская литература. Писали её не дети, но вполне взрослые люди, однако читали именно дети. Взрослые советские люди детскую литературу не читали и понятие о ней имели весьма смутное. Это было нечто светлое, нечто радостное по воспоминаниям, короче говоря – святое для каждого советского человека. Такое отношение создавало лазейку для писателей, не способных выжить во взрослой литературе: для слишком утончённых и, наоборот, для халтурщиков, неспособных мудрить даже на среднесоветском уровне. Дети неспособны отличить первых от вторых, так что бывали случаи, когда совершенно чудовищные по качеству беллетристы ходили гоголем."
Слова не мальчика, но мужа, не правда ли? Ах, как я люблю людей, которые считаю, что писать детские книжки легче легкого и удел неудачников от пера.
"Юмор рассказов всегда в том, что читатель чувствует себя умнее и опытнее Дениски и может снисходительно отнестись к его эскападам вроде выбрасывания манной каши в окно."
Я уж боюсь, что читатель (а вдруг?!) начнет себя сравнивать с Таней, которая громко плачет. И поймет таки, неразумный, что мячики в речке не тонут. Как и еще одна небезызвестная субстанция. К Драгунскому и Дениске не имеющая никакого отношения.
"Иногда Драгунский разбавляет свои рассказы лирикой (вернее, сантиментами), но они при этом оказываются предельно двусмысленными. Например, постоянно навязываемый детскому читателю рассказ «Он живой и светится» рассказывает, как грустно ждущий маму Дениска обменивает новенькую и дорогую (дефицитную) игрушку-самосвал на спичечный коробок с живым светлячком и весь вечер любуется зелёной звёздочкой. Это очень трогательно, но факт, что несчастный жучок сдохнет в коробке, когда Дениска пойдёт спать, остаётся за рамками рассказа."
Нет, Дениска должен был развести колонию жуков-светляков,
Единственная его удача в опыте лирического рассказа – новелла «Девочка на шаре» о том, как Дениска влюбился в маленькую акробатку, увиденную на представлении цирка. Я бы даже сказал, что это вообще единственный рассказ из цикла детских произведений Виктора Драгунского, заслуживающий имени «литература».
Ну хоть что-то.
Бедный язык, обусловленный тем, что словарный запас мальчика Дениски невелик и мысли его коротенькие, корявое комикование и сомнительная мораль, а ещё более серьёзный недостаток этих рассказов заключён в том, что они присходят во времени вообще, без каких бы то ни было примет эпохи. Когда, в каком году Дениска занял «третье место в стиле баттерфляй» или попытался стать «сатириком»? 50-е годы или 60-е или 70-е? Писалось это, скорее всего, во времена Хрущова, но спокойно, без малейших содроганий, экранизировалось в 70-е и 80-е, настолько дистиллированным оказалось содержание рассказов.
Рассказ "Удивительный день"
... Я им сказал:
— Ведь это же не футбол! Вы еще нашу ракету «Пахтакор» назовите! Надо назвать «Восток-2»! Потому что у Гагарина просто «Восток» называется корабль, а у нас будет «Восток-2»!.. На, Мишка, краску, пиши!
Он сейчас же взял кисточку и принялся малевать, сопя носом. Он даже высунул язык. Мы стали глядеть на него, но он сказал:
— Не мешайте! Не глядите под руку!..
... И тут Алексей Акимыч поставил меня наземь и говорит:
— А в том дело, что сегодня второго космонавта запустили! Товарища Германа Титова! Ну, что, не ура, что ли?
Тут я как закричу:
— Конечно, ура! Еще какое ура-то!
Т.е. время действия в рассказах можно определить даже до дня и часа. Но наш доблестный товарищ, видимо, читал краткий пересказ.
В итоге, все это весьма печально. Интересно, что собирается читать (или уже читает) критик Дениски своим детям? "Как стать богатым и знаменитым за три сеанса"?